Фернан Магеллан: первое кругосветное плавание

Фернан Магеллан своим кругосветным плаванием доказал, что между Америкой и Азией простирается величайшее водное пространство, и установил наличие единого Мирового океана. Он навсегда положил конец спорам о форме нашей планеты, предоставив практическое свидетельство ее шарообразности. Благодаря ему ученые, наконец, получили возможность определить истинные размеры Земли не умозрительно, а на основании неопровержимых данных.

В марте 1518 г. в Севилью в Совет Индии явились Фернан Магеллан и Руй Фалейру, португальский астроном, и заявили, что Молукки — важнейший источник португальского богатства — должны принадлежать Испании, так как находятся в западном, испанском полушарии (по договору 1494 г.), но проникнуть к этим «Островам пряностей» нужно западным путем, чтобы не возбудить подозрений португальцев, через Южное море, открытое и присоединенное Бальбоа к испанским владениям. И Магеллан убедительно доказывал, что между Атлантическим океаном и Южным морем должен быть пролив к югу от Бразилии. Магеллан и Фалейру потребовали сначала тех же прав и преимуществ, какие были обещаны Колумбу. После долгого торга с королевскими советниками, выговорившими себе солидную долю ожидаемых доходов и уступок со стороны португальцев, с ними был заключен договор: Карл 1 обязался снарядить пять кораблей и снабдить экспедицию припасами на два года. Перед отплытием Фалейру отказался от предприятия, и Магеллан стал единоличным начальником экспедиции. Он поднял адмиральский флаг на «Тринидаде». Капитанами остальных судов были назначены испанцы: Хуан Картахена — «Сан-Антонио»; Гаспар Кесада — «Консепсьон»; Луис Мендоса — «Виктория» и Хуан Серрано — «Сантьяго». Штатный состав этой флотилии исчислялся в 293 человека, на борту находились еще 26 внештатных членов экипажа, среди них молодой итальянец Антонио Пигафетга, историк экспедиции. Поскольку он не был ни моряком, ни географом, очень важным первоисточником служат записи в судовых журналах, которые Франсиско Альбо, помощник штурмана, вел на «Тринидаде». В первое кругосветное плавание отправился интернациональный коллектив: кроме португальцев и испанцев в его состав вошли представители более 10 национальностей из разных стран Западной Европы.

Флотилия вышла из порта Сан-Лукар в устье Гвадалквивира 20 сентября 1519г. При переходе через океан Магеллан выработал хорошую систему сигнализации, и разнотипные корабли его флотилии ни разу не разлучались.

26 сентября флотилия подошла к Канарским островам, 29 ноября достигла побережья Бразилии, 13 декабря — бухты Гуанабара, а 26 декабря — Ла-Платы. Штурманы экспедиции были лучшими в то время: они определяли широты, вносили коррективы в карту уже известной части материка. Так, мыс Кабу-Фриу, по их определению, находится не у 25° ю. ш., а у 23°. Магеллан около месяца обследовал оба низменных берега Ла-Платы; продолжив открытие равнинной территории Пампы, начатое Жуаном Лижбоа и Хуаном Солисом, главным пилотом Кастилии, он послал «Сантьяго» вверх по Паране и, конечно, не нашел прохода в Южное море. Далее простиралась неведомая, малонаселенная земля. И Магеллан, боясь пропустить вход в неуловимый пролив, 2 февраля 1520 г. распорядился сняться с якоря и двигаться как можно ближе к побережью только днем, а к вечеру останавливаться. На стоянке 13 февраля в обнаруженном им большом заливе Баия-Бланка флотилия выдержала ужасающую грозу, во время которой на мачтах судов появились огни Святого Эльма — электрические разряды в атмосфере, имеющие форму светящихся кистей. 24 февраля Магеллан открыл другой крупный залив — Сан-Матиас, обогнул выявленный им полуостров Вальдес и укрылся на ночь в небольшой гавани, которую назвал Пуэрто-Сан-Матиас (залив Гольфо-Нуэво на наших картах). Южнее, в районе устья реки Чубут, 27 февраля флотилия наткнулась на огромное скопление пингвинов и южных морских слонов. Для пополнения запасов пищи Магеллан направил к берегу лодку, но неожиданно налетевший шквал отбросил суда в открытое море. Оставшиеся на берегу матросы, чтобы не погибнуть от холода, укрылись телами убитых животных. Забрав «заготовителей», Магеллан двинулся к югу, преследуемый штормами, обследовал еще один залив, Сан-Хорхе, и провел шесть штормовых дней в узкой бухте. 31 марта он решил зимовать в бухте Сан-Хулиан. Четыре корабля вошли в бухту, а «Тринидад» стал на якоре у входа в нее. Офицеры-испанцы хотели заставить Магеллана «выполнить королевские инструкции»: повернуть к мысу Доброй Надежды и восточным путем пройти к Молуккам. В ту же ночь начался бунт. Магеллан обошелся с капитанами-бунтовщиками круто: он приказал отрубить голову Кесаде, четвертовать труп Мендосы, высалить на пустынный берег Картахену вместе с заговорщиком-священником, а остальных бунтовщиков пощадил.

Фернан Магеллан

В начале мая адмирал послал «Сантьяго» на юг на разведку, но корабль разбился о скалы у реки Санта-Крус и команде его с трудом удалось спастись. 24 августа флотилия вышла из бухты Сан-Хулиан и достигла устья Санта-Крус, где пробыла до середины октября. 18 октября флотилия двинулась на юг вдоль патагонского берега, который образует на этом участке широкий залив Баия-Гранде. Перед выходом в море Магеллан заявил капитанам, что будет искать проход в Южное море и повернет на восток, если не найдет пролива до 75° ю. ш., т. е. он сам сомневался в существовании «Патагонского пролива» (так называл его Магеллан), но хотел продолжать предприятие до последней возможности. Залив или пролив, ведущий на запад, был найден 21 октября 1520 г. после того, как Магеллан открыл неизвестное ранее Атлантическое побережье Южной Америки на протяжении около 3,5 тыс. км. Обогнув мыс Дев (Кабо-Вирхенес), адмирал выслал вперед два корабля, чтобы выяснить, существует ли на западе выход в открытое море. Ночью поднялся шторм, который длился два дня. Посланным кораблям грозила гибель, но в самый тяжелый момент они заметили узкий пролив, устремились туда и оказались в сравнительно широкой бухте; по ней они продолжили путь и увидели другой пролив, за которым открылась новая, более широкая бухта. Тогда капитаны обоих кораблей — Мишкита и Серрано — решили вернуться и доложить Магеллану, что, видимо, нашли проход, ведущий в Южное море. Однако до выхода в Южное море было еще далеко: Магеллан послал на разведку «Сан-Антонио» и «Консепсьон». Моряки вернулись «через три дня с известием, что видели мыс и открытое море». Адмирал прослезился от радости и назвал этот мыс «Желанный».

«Тринидад» и «Виктория» вошли в юго-западный канал, простояли там на якоре четыре дня и вернулись назад для соединения с двумя другими кораблями, но там был только «Консепсьон»: на юго-востоке он зашел в тупик — в залив Баия-Инутиль — и повернул обратно. «Сан-Антонио» на обрат ном пути попал в другой тупик. Офицеры, не застав на месте флотилию, ранили и заковали в кандалы Мишкиту и в конце марта 1521 г. вернулись в Испанию. Чтобы оправдать себя, дезертиры обвинили Магеллана в измене, и им поверили: Мишкита был арестован, семья Магеллана лишена казенного пособия. Адмирал не знал, при каких обстоятельствах исчез «Сан-Антонио». Он полагал, что корабль погиб, так как Мишкита был его испытанным другом. Следуя вдоль северного берега сильно сузившегося «Патагонского пролива», он обогнул самую южную точку южноамериканского континента — мыс Фроуард (на полуострове Брансуик, 53с54′ ю. ш.) и еще пять дней (23 — 28 ноября) вел три корабля на северо-запад будто по дну горного ущелья. Высокие горы (южное окончание Патагонской Кордильеры) и голые берега, казалось, были безлюдны, но на юге днем виднелись дымки, а по ночам — огни костров. И Магеллан назвал эту южную землю, размеров которой он не знал, «Земля Огня» (Тьерра-дель-Фуэго). На наших картах она именуется Огненной Землей. Через 38 дней, после того как Магеллан нашел атлантический вход в пролив, действительно соединяющий два океана, он прошел мыс «Желанный» (теперь Пилар) у тихоокеанского выхода из Магелланова пролива (около 550 км).

28 ноября 1520 г. Магеллан вышел из пролива в открытый океан и повел оставшиеся три корабля сначала на север, стараясь поскорее покинуть высокие широты и держась примерно в 100 км от скалистого побережья. I декабря он прошел близ полуострова Тайтао, а затем суда удалились от материка — 5 декабря максимальное расстояние составило 300 км. 12 — 15 декабря Магеллан вновь довольно близко подошел к берегу и не менее чем в трех точках видел высокие горы — Патагонскую Кордильеру и южную часть Главной Кордильеры. От острова Моча суда повернули на северо-запад, а 21 декабря — на запад-северо-запад. Нельзя, конечно, говорить, что во время своего 15-дневного плавания на север от пролива Магеллан открыл побережье Южной Америки на протяжении 1500 км, но он по крайней мере доказал, что западный берег материка до широты острова Моча имеет почти меридиональное направлением.

Фернан Магеллан: первое кругосветное плавание

Пересекая Тихий океан, флотилия Магеллана прошла не менее 17 тыс. км, из них большую часть в водах Южной Полинезии и Микронезии, где разбросано бесчисленное множество небольших островов. Поразительно, что при этом моряки встретили за все время лишь «два пустынных островка, на которых нашли одних только птиц да деревья». Историки недоумевают, почему Магеллан пересек экватор и зашел за 10° с. ш., — он же знал, что Молукки находятся у экватора. И именно там лежит Южное море, уже известное испанцам. Возможно, Магеллан хотел убедиться, действительно ли оно является частью новооткрытого океана. 6 марта 1521 г. на западе, наконец, появились два обитаемых острова (Гуам и Рота, самые южные из группы Марианских).

15 марта 1521 г., пройдя на запад еще около 2 тыс. км, моряки увидели встающие из моря горы — это был остров Самар восточно-азиатской группы островов, позднее названных Филиппинами. Магеллан тщетно искал место для якорной стоянки — берег острова был скалистый, и суда продвинулись немного на юг, к островку Сиаргао, близ южной оконечности острова Самар, и там провели ночь. Длина пути, пройденного Магелланом от Южной Америки до Филиппин, оказалась во много раз больше расстояния, которое показывали на картах того времени между Новым Светом и Японией. На деле Магеллан доказал, что между Америкой и тропической Азией лежит гигантское водное пространство, гораздо шире Атлантического океана. Открытие прохода из Атлантического океана в Южное море и плавание Магеллана через это море произвели настоящую революцию в географии. Оказалось, что большая часть поверхности земного шара занята не сушей, а океаном, и доказано было наличие единого Мирового океана.

Из осторожности Магеллан 17 марта перешел от Сиаргао к необитаемому острову Хомонхон, лежащему к югу от большого острова Самар, чтобы запастись водой и дать отдохнуть людям. Жители соседнего островка доставляли испанцам фрукты, кокосовые орехи и пальмовое вино. Они сообщили, что «в этом краю много островов». Магеллан назвал архипелаг Сан-Ласаро. У местного старейшины испанцы видели золотые серьги и браслеты, хлопчатобумажные ткани, вышитые шелком, холодное оружие, украшенное золотом. Через неделю флотилия двинулась на юго-запад и остановилась у островка Лимасава. К «Тринидаду» подошла лодка. И когда малаец Энрике, раб Магеллана, окликнул гребцов на своем родном языке, они его сразу поняли. Через пару часов прибыли две большие лодки с людьми и с местным правителем, и Энрике свободно объяснялся с ними. Магеллану стало ясно, что он находится в той части Старого Света, где распространен малайский язык, т. е. недалеко от «Островов пряностей». Таким образом, Магеллан завершил первое в истории кругосветное плавание. В роли покровителя новых христиан Магеллан вмешался в междоусобную войну правителей островка Мактан, расположенного напротив города Себу, в результате чего погибли восемь испанцев, четверо союзных островитян и сам Магеллан. Подтвердилось старое изречение: «Господь бог дал португальцам очень маленькую страну для жизни, но весь мир для смерти».

После гибели Магеллана «Виктория» и «Тринидад», выйдя из пролива, прошли мимо острова, «где люди черного цвета, как в Эфиопии» (первое указание на филиппинских негритосов); испанцы назвали этот остров Негрос. На Минданао они впервые услышали о расположенном к северо-западу большом острове Лусон. Случайные лоцманы вели корабли через море Суду к Палавану, самому западному острову Филиппинской группы. От острова Палаван испанцы прибыли — первые из европейцев — к гигантскому острову Калимантан и стали на якорь у города Бруней, по имени которого весь остров они, а затем и другие европейцы стали называть Борнео. Испанцы заключали союзы с местными раджами, покупали продукты и местные товары, иногда грабили встречные суда, но все еще не могли узнать дорогу к «Островам пряностей». 7 сентября испанцы отправились в плавание вдоль северо-западного берега Калимантана и, дойдя до его северной оконечности, простояли почти полтора месяца у небольшого острова, запасаясь продуктами и дровами. Им удалось захватить джонку с малайским моряком, знавшим путь к Молуккам, который 8 ноября привел суда к рынку пряностей на остров Тидор у западного берега Хальмахеры, самого большого из Молуккских островов. Здесь испанцы дешево закупили пряности — корицу, мускатный орех, гвоздику. «Тринидад» нуждался в ремонте, и было решено, что по его завершении Эспиноса пойдет на восток, к Панамскому заливу, а Элькано поведет на родину «Викторию» западным путем — вокруг мыса Доброй Надежды.

Из пяти кораблей Магеллана лишь один обогнул земной шар, а из его экипажа вернулись на родину только 18 человек (на борту были три малайца). Но «Виктория» привезла столько пряностей, что продажа их с лихвой покрыла затраты на экспедицию, а Испания получила «право первого открытия» на Марианские и Филиппинские острова и предъявила претензии на Молукки.


Буду благодарен, если Вы поделитесь этой статьей в социальных сетях:


Поиск по сайту: