Никитин Афанасий Никитич

Никитин  Афанасий Никитич — тверской купец пятнадцатого века, писатель-путешественник. Дата рождения Никитина в точности не известно. Никитин – первый русский исследователь, сведения о путешествии которого сохранились до наших дней.

В 1466 году, когда посол владетеля Шемахи, ширван-шаха Форус-Есара, именем Асан-бег, бывший у великого князя Иоанна Третьего, собрался в обратный путь в Шемаху вслед за русским послом Василием Папиным, Никитин, проведавший о московском посольстве в Шемаху, решил вместе с ним отправиться туда для распространения русских товаров. Он с товарищами снарядил два судна, получил проезжую грамоту от тверского князя Михаила Борисовича и посадника Бориса Захарьича и с благословения владыки Геннадия, помолившись в соборе Спаса Золотоверхого, поплыл вниз по Волге.

В Костроме Никитин получил от великого князя Александра Васильевича великокняжескую проезжую грамоту за границу и с ней поехал в Нижний Новгород, где думал сойтись с послом московским Папиным, но не успел его захватить. Дождавшись приезда шемахинского посла Асан-бега, он вместе с ним поплыл рекой Волгой далее, благополучно опустился к рукаву Волги – Бузану, но подле Астрахани был ограблен татарами.

Татары отпустили из устья Волги только два судна, но одно из них разбилось во время бури о берег, и бывшие на нем русские люди захвачены в плен горцами – кайтанами. Никитину, однако, удалось добраться до Дербента, где он застал московского посла Василия Папина, которого стал просить позаботиться об освобождении захваченных кайтанами русских. Русские были освобождены и вместе с Никитиным представлены в Кайтуне ширван-шаху, который принял их очень ласково, но на просьбу помочь возвратиться на родину отвечал отказом, ссылаясь на то, что их слишком много.

Пришлось русским людям расходиться в разные стороны, причем Никитин, по его собственным словам, «пошел к Дербенту, из Дербента к Баке, где горит огонь неугасимый, а потом за море». Свое путешествие Никитин впоследствии назвал «хождением за три моря» — Каспийское, Индейское и Черное. «Хождение» Никитина можно разделить на четыре части:

  • Путешествие от Твери до южных берегов Каспийского моря;
  • Первое путешествие по Персии;
  • Путешествие по Индии;
  • Обратное путешествие чрез Персию на Русь.

Первое путешествие Афанасия Никитина через Персидские земли, от южных берегов Каспийского моря до берегов Персидского залива, продолжалось более года, с зимы 1467 до весны 1469 года. Он проехал через «Чебокар, Сару, Амиль, Димовант, Рей, Кашан, Каин, Езд, Сырчан, Таром, Лар, Бендер, Гурмыз». В его заметках об этом путешествии имеется лишь указание пути посредством обозначения местностей и некоторых расстояний и упоминание о смутном состоянии, в котором тогда находилась Персия.

Переправившись из Дагестана по Каспийскому морю в Мазандеран, Никитин полгода провел в Чапакуре, затем перешел в Сари, где оставался месяц. Отсюда направился в Амоль, из которого поднялся в горы, и за Демавендом спустился к Тегерану, или точнее, к Рею, так как Тегеран был в то время незначительным городом в окрестностях Рея. Затем, из Тарома Никитин повернул на запад к Лару, а из Лара опять на восток в Бендер-Абаси. Такой характер путешествия Никитина объясняется его торговыми интересами; он посещал все видные торговые места и даже по месяцу оставался в них. Из Персии Никитин отправился в Индию.

Путешествие его по Индии продолжалось почти три года: от весны 1469 года до января или февраля 1472 года. Описание этого путешествия занимает большую часть дневника Никитина. Он отправился из Ормуза на Фоминой неделе 9-го или 10-го апреля 1469 года и в двадцатых числах апреля подошел к Индийскому берегу в Диу, затем имел остановку у Камбои по пути к Чювилю, куда прибыл через шесть недель.

Продолжая свое путешествие через горы Гатские до Пали, Умри и далее к Чюнейру, Никитин не забывал своего торгового дела и, по-видимому, умел и на чужбине извлекать из него выгоду. Из Чюнейра, где он чуть не лишился свободы за отказ переменить веру, Никитин отправился через Кулонгер и Кольберг в Великий Бедерь, где оставался несколько месяцев. В течение следующего затем года Никитин, по-видимому, продолжал путешествовать по Индии, что видно из подробных, изобличающих самовидца, описаний городов Биджьнагура и Рачюра.

С наступлением 1471 г. Никитин задумал вернуться на родину, что осуществить было нелегко вследствие происходивших в то время на Индостане войн. За месяц до байрама он вышел из Бедеря и чрез Кельберг, Кулури, город, знаменитый драгоценными камнями, особенно сердоликом, Алянд, куда он прибыл, вероятно, во второй половине октября 1471 года, Камендрию, Кынаряс, Сур, в начале 1472 года добрался до Дабыля. Таким образом, во время своего путешествия по Индии Никитин объехал значительную часть западного полуострова, между реками Кистной и Годавери, то есть области Аурунгабад, Бедерь, Гейдерабад и Беджапур.

Вместе с описаниями местностей, которые он посетил, он занес в свои записки и замечания о природе страны и ее произведениях, о народе, его нравах, верованиях и обычаях, о народном управлении, войске. Его заметки о народном управлении, несмотря на свою сбивчивость, любопытны тем, что их нет в рассказах других современников. Из животных он обратил внимание на слонов, буйволов, верблюдов, обезьян, живущих, по его словам, в горах, по скалам и по лесам. Подробно описаны Никитиным, в особых заметках пристани Индийского моря. Описание это особенно любопытно, так как дает довольно подробные сведения о торговле и мореплавании того времени. Путешественник указывает, чем богата каждая пристань.

Припоминая свой отъезд, он отметил, что Дабыль – город очень большой, что туда съезжается все поморье Индейское и Ефиопское. Там Никитин сел в судно, плывущее до Ормуза. Однако ветры занесли корабль в сторону и после месячного плавания он пристал к берегу в виду Ефиопских гор, где подвергся нападению туземцев. Через пять дней корабль продолжал плавание, а через двенадцать Никитин высадился в Мошкате. Здесь он отпраздновал шестую за время своего странствования Пасху и после девятидневного плавания прибыл в Ормуз, откуда по знакомым местам добрался до расположенного близ Тавриза стана знаменитого завоевателя Западной Азии – Асан-бега, где провел десять дней, чтобы разведать, каким путем можно пробраться на север.

В сентябре 1472 года он через Арцингам направился в Трапезонт. Здесь Никитин подвергся обыску, причем у него «все, что мелочь добренькая, они выграбили все». С большим трудом, вследствие частых бурь на Черном море, удалось мореплавателю добраться до Балаклавы, а оттуда к Кафе, где он облегченно воскликнул: «милостию Божиею преидох три моря». Неизвестно, какой дорогой воротился Никитин на Русь, но можно думать, что возвращался он через Крым и Литву.

Умер Афанасий Никитич, не доехав до Твери, — в Смоленске. Лучшая характеристика Афанасия Никитина и его дневника, внесенного в полном виде в «Софийский временник» под 1475 годом под заглавием «Написание Офонаса тверитина купца, что был в Индеи четыри года, а ходил, сказывают, с Васильем Папиным», — дано академиком И. И. Срезневским. «Как ни кратки записки, оставленные Никитиным, — говорит он, — все же и по ним можно судить о нем как о замечательном русском человеке пятнадцатого века. И в них он рисуется, как православный христианин, как патриот, как человек не только бывалый, но и начитанный, а вместе с тем и как любознательный наблюдатель, как путешественник-писатель, по времени очень замечательный, не хуже своих собратьев иностранных торговцев пятнадцатого века. По времени, когда писаны, его записки принадлежат к числу самых верных памятников своего рода: рассказы ди Конти и отчеты Васко де Гама одни могут быть поставлены вровень с «Хождением» Никитина. Как наблюдатель, Никитин должен быть поставлен не ниже, если не выше современников-иностранцев».


Буду благодарен, если Вы поделитесь этой статьей в социальных сетях:


Поиск по сайту: